Евград
Город творчества


Рейтинг@Mail.ru

Александр  Файншмидт

Жорик

    Юго-западный район Харькова и по сей день, носит имя отважной летчицы, Героя Советского Союза Полины Осипенко. Во время войны он серьезно пострадал, но не настолько, что бы не нашлось в нем места для размещения большого фронтового эвакогоспиталя. Вот именно к этому госпиталю и была придана наша рентгеновская группа в первые же дни после освобождения Харькова.
     Мой напарник Яша Луцкий раздобыл где-то вполне исправный патефон и десятка полтора пластинок с модными с довоенных времен фокстротами, танго и румбами. В первый же вечер он вытащил этот патефон на площадку перед зданием школы, в которой размещался наш госпиталь, и устроил «танцы». Люди, устали от войны, соскучились по музыке, веселью и вообще по хоть какому-то отдыху. Поэтому, когда Яша поставил пластинку с фокстротом «Рио-Рита», то тут же вокруг него сама-собой образовалась импровизированная «танц-площадка». Прибежали не только медицинские сестрички из госпиталя, но и многие выздоравливающие раненые. Это было как раз то, что было так нужно людям, и Яша, наверное, еще добрые две недели, пока мы стояли в этом госпитале, каждый вечер устраивал всем нам такие праздники.
     Вот там то, я однажды и познакомился с молоденьким (ему было всего лишь чуть больше двадцати лет) очень веселым и компанейским старшим лейтенантом, которого все прозвали на одесский лад «Жориком», хотя был он отнюдь не одесситом, а коренным ростовчанином.
     Разговорились. Оказалось, что он, окончив «инкубаторные» трехмесячные курсы офицеров, был направлен в звании младшего лейтенанта, на должность командира взвода в так называемую «штрафную» роту. Относительно легкое ранение, полученное им в бою за освобождение Харькова, было его первым боевым крещением.
     В штрафные роты посылали обычно провинившихся солдат, осужденных военными трибуналами, и уголовников, пожелавших «искупить вину кровью», так как время службы в штрафной роте засчитывалось, чуть ли не три месяца за год, а первое же ранение полностью снимало судимость. Но это была очень хитрая ловушка. Штрафные роты, как и офицерские Штрафные батальоны, бросали, обычно, в такое пекло, что выйти из него живым можно было лишь чудом.
     Разумеется, командный состав в таких ротах набирался не из уголовников, а из армейских офицеров. Но даже и они, хотя и шли всегда во время атак не впереди, а за спинами своих солдат, погибали во много раз чаще, чем офицеры обыкновенных строевых частей. Поэтому, и очередные воинские звания присваивались им, чуть ли не каждые полгода, а внеочередные звезды на погоны и награждения боевыми орденами - при каждом ранении или при успешном выполнении боевых задач. Вот и наш «Жорик», получив ранение в первом же бою, не оставил строй, и успешно выполнив поставленную перед ним боевую задачу, получил сразу пять звезд - одну орденскую (Орден Красной Звезды) и по две внеочередные на погоны, «перепрыгнув» сразу из младших лейтенантов в старшие.
     Где-то, наверное, через полгода, уже в Польше, после форсирования Буга и взятия Ковеля, «Жорик» опять попал в наш госпиталь. Но это был уже не безусый мальчишка, старший лейтенант, а майор, командир Отдельной Штрафной роты. Вот только пышная и совсем незадолго до этого черноволосая его шевелюра сильно поредела, и кое-где в ней проступала седина. И те, кто не знал, что этому майору всего лишь чуть больше двадцати лет, могли бы подумать, что он лет на пятнадцать старше.
     Я с трудом узнал его и, если бы он сам не сказал мне, кто он и не напомнил об импровизированной «танц-площадке» Яши Луцкого в харьковском госпитале на ул. Полины Осипенко, то я бы его и вовсе не узнал. Ничего от того веселого, жизнерадостного, брызжущего остроумием, смешливого «Жорика» в нем не осталось.
     Уже перед самым Франкфуртом на Одере к нам в рентгеновскую палатку принесли на носилках, подполковника с тяжелым ранением бедра. Начиналась газовая гангрена, и ногу пришлось ампутировать.
     Узнать в этом, седом подполковнике того веселого мальчишку «Жорика», который еще совсем недавно лихо танцевал танго и фокстроты на «танц-площадке Яши Луцкого», было абсолютно не возможно.
     Военная карьера у «Жорика» складывалась, конечно, стремительно - за неполных два года от младшего лейтенанта, командира взвода штрафной роты, до подполковника, командира Отдельного Штрафного Батальона. Но за всё надо было платить, и он заплатил за нее, сколь я понимаю, полной мерой. Надо думать, что служба в штрафной роте, как и в офицерском штрафном батальоне, действительно стоила того, чтобы время пребывания в ней засчитывалась с коэффициентом «три месяца за год», и, видимо, досталось нашему «Жорику» за два года такой службы так, что не позавидуешь. И просто чудо, что он при этом не сложил головы. Ну а то, что он остался без ноги, то, как говорят, лучше с одной ногой на этом свете, чем с двумя – на том. Впрочем, кто его знает? Послевоенная судьба буквально тысяч таких, как «Жорик», «инкубаторных» офицеров с трехмесячными курсами за плечами, оказавшихся сразу же после войны никому не нужными, выброшенными из армии, была очень печальна. Особенно инвалидов.
    
    Поставьте оценку: 
Комментарии: 
Ваше имя: 
Ваш e-mail: 

     Проголосовало: 0     Средняя оценка:

| Бизнес-тренинги от знаменитых: куплю аттестат диплом . Закажи диплом у профессионалов. | |