Евград
Город творчества


Рейтинг@Mail.ru

Александр  Файншмидт

Черное море

    Когда бабушка Сима длинными зимними вечерами читала мне (сам я читать еще не умел) про то, как суровый и бесстрашный капитан Немо стоял на палубе «Наутилуса», зорко вглядываясь в морской горизонт и отыскивая там трехмачтовый фрегат «Авраам Линкольн», я, с замирающим от страха сердцем, тоже вглядывался в висевшую на стене в кабинете у монго отца прекрасную копию «Девятого вала» Айвазовского. Страшные волны с ревом набрасывались на несчастных, потерпевших крушение моряков, стремясь сбросить их с обломков мачт, за которые они цеплялись, чтобы не утонуть. Это море было ужасным, враждебным, злым и коварным. Только таким я представлял его себе до тех пор, пока мама в первый же день нашего приезда в Сочи не повела меня к нему, чтобы засвидетельствовать наше почтение. Сама она тоже никогда до этого море не видела и, наверное, тоже представляла его себе именно Черным и Страшным. Поэтому она все время крепко держала меня за руку, пока мы не оказались на его берегу.
     И снова шок! Ласковое, темно-голубое, искрящееся яркими солнечными бликами, спокойное и величественное, оно медленно накатывало на широкий песчаный пляж небольшие волны, которые с легким плеском тут же отступали обратно, оставляя за собой неширокую, совершенно гладкую, словно выглаженную утюгом, полоску мокрого морского песка.
     А над морем, почти сливаясь с ним у горизонта, простиралось синее - синее небо, по которому медленно плыли белоснежные, словно сделанные из ваты, небольшие облака. Все дышало миром и покоем, утопая в лучах яркого южного солнца. Воздух был кристально чист, влажен и напоён неповторимым запахом моря. Нет, это море совсем не было похоже на то, что было нарисовано на той картине Айвазовского, и совсем не то, по которому бороздил волны «Наутилус». Не полюбить его, и не подружиться с ним было просто невозможно.
     * * *
     И опять примета времени. В первые послевоенные годы какие-то «шибко ученые идиоты» убедили руководство страны, будто бы «море съедает берега», и их надо укреплять пилонами - широкими, уходящими метров на тридцать - сорок в море бетонными блоками, расставленными через каждую полусотню метров вдоль всего побережья от Одессы до Батуми. Сколько было при этом израсходовано бетона и какие сумасшедшие деньги были потрачены на реализацию этой дурацкой затеи я не знаю, а вот то, что морю был нанесен колоссальный вред - это точно. Если раньше вода у берегов была такой чистой и прозрачной, что можно было, нырнув и открыв под водой глаза (ни масок, ни дыхательных трубок тогда еще не было) увидеть, как по дну на трехметровой глубине ползают крабы, снуют толстые бычки и усатые барабульки, то теперь все пространство между этими идиотскими «пилонами» наглухо заросло вонючими водорослями. В результате этого, полоса прибоя перестала промываться прибрежным течением и стала почти непригодной для купанья. А вот помогло ли это «мероприятие» самим берегам - не известно. Во всяком случае, берега ведь есть не только у северного побережья Черного моря, но нигде в мире такого «пилонного» идиотизма нет и в помине.
    
    Поставьте оценку: 
Комментарии: 
Ваше имя: 
Ваш e-mail: 

     Проголосовало: 0     Средняя оценка:

| | |